Маги в полдень, ближе к вечеру.

Магистр

***

1. Введение.
Эта статья продолжает начатую в интернете серию публикаций по Магии и предназначена для ознакомления заинтересованных лиц с некоторыми событиями, а также и с ближайшими планами автора. В статье упоминаются события, частично описанные автором в его книгах «Бешеная скачка на бледном коне, или По эту сторону Магии», «Фантасмагория, или Изнанка», «Вхождение в «Рапан» и «Универсальный Колдователь». Эти книги, кроме «Рапана», вошли в сборник «Боевая Магия», выпущенный в 1999 г. в Минске, издательство «Харвест».

2. Молодой аристократ на пороге событий.
Описанные далее события произошли в тридцатые — сороковые годы двадцатого столетия нашей эры от рождества Христова, большей частью на планете Земля, Солнечная система. Говорится так же о прошлом воплощении автора, родившегося в тот раз в Шотландии, в аристократической семье.
Когда начались эти события, я был молодым офицером королевских ВВС Великобритании и входил в модную оккультную ложу, наделавшую тогда и впоследствии много шума в метрополии. На самом же деле неизвестный обывателям и околомистической публике орден Магов вовсю вел подготовку к очередному эксперименту по акселерации человеческой цивилизации. Шамбала извлекла из нафталина сильно поеденный молью штандарт «Феникса», отмыла его от пятен крови, накопившихся при проведении предыдущих экспериментов, и двинулась в поход. Я, как руководитель одной из полевых служб, чувствовал, что все это не к добру, и осознавал, что очередные изыскания наших теоретиков в области практической истории закончатся лужей крови. К сожалению, я ошибся, и крови в дальнейшем оказалось гораздо больше. Русский мистик с американским паспортом Н.Рерих, путешествовавший по Тибету с туманной миссией обнаружения Шамбалы, впоследствии писал о приходе Будды Майтрейи в начале тридцатых годов. Огненная свастика Шамбалы воссияет над миром… И она, как вы знаете из учебников истории, воссияла…

3. Ретроспектива.
В Германии возникли самостоятельные оккультные центры и, прежде всего «Врил». Там собрались приличные медиумы, вышедшие на след древней цивилизации Ванов. Залезая в подсознание многих людей, они вытащили знания о Йотунах — пришельцах с Марса, некогда создавших расы Ванов и Ассов (атлантов). Кроме того, были получены некоторые технологические детали, позволившие начать реализацию нескольких серьезных проектов:

1. Создание Виманы (базового летательного аппарата, способного к гиперпространственным переходам).
2. Создание гипермозга (один из основных элементов цивилизации атлантов, являющийся также оружием).
3. Создание передатчика (системы коммуникации) для связи с Йотунами (сами марсиане называют себя народ Йо-Ту, тибетцы называют их Ети).
4. Создание технологии клонирования (технология атлантов, дающая возможности вечной жизни).
5. Поиски центров древних высокотехнологичных цивилизаций: Йотунхайма в Антарктиде, Ассгарда в средней Азии, Ванхайма на Урале. Установление контактов с Шамбалой.

Для реализации этих проектов были созданы еще две организации: «Туле» — для поисков древнего наследия и «Анэнербе» — для воссоздания древних технологий.
Фюрер Германии провозгласил идею господства Ариев (то есть Ванов, служивших марсианам) и ниспровержение господства Ассуров («мировой сионизм» в понимании немецких наци). Параллельно с возникновением военных действий в Европе эти «оккультные» программы продолжали выполняться адептами Черного ордена СС, созданного Гитлером. В итоге подводники Деница отыскали Йотунхайм после нескольких научных экспедиций нацистов в Антарктиду. Там они нашли поврежденные виманы и вполне работоспособное устройство связи, позволившее им войти в контакт с Йотунами. Одновременно продвигался проект создания гипермозга (проект «Меч Зигфрида»), который представляли себе как Вандерваффе (чудо оружие), способное принести победу в войне. Работы по клонированию к середине войны зашли в тупик, так как клоны были получены, но чертежи «проектора», устройства способного перенести сознание хозяина в его же молодой клон (прибор доктора Цзяна), оставались в неприступных тибетских монастырях, подступы к которым стерегли спецкоманды британцев. К концу войны немцы самостоятельно создали нечто вроде Виманы, но, не понимая принципов ее полета и физики гиперпространства, не смогли довести ее до варианта, готового к военному применению.
Одновременно в США проводились испытания приборов, обеспечивающих визуальную и радиолокационную невидимость кораблей по проекту «Радуга» («Филадельфийский эксперимент»). В ходе этого проекта эсминец ВМС США «Элдридж» неожиданно провалился в гиперпространство. Тогда же правительства союзников вошли в контакт с кораблями «Межгалактического Совета». В ходе переговоров был выработан «принцип невмешательства», в соответствии с которым человечество Земли рассматривается не как генетический эксперимент Йотунов, вышедший из-под контроля (версия Йотунов), а как самостоятельная звездная раса, находящаяся на предкосмическом уровне развития, подпадающая под защиту сил межзвездного союза. Йотуны вынуждены были считаться с этим договором и не оказали нацистам сколько-нибудь значительной поддержки, на которую те рассчитывали.

4. «Меч Зигфрида», или вандервафля для Гитлера.
Уже к 42 году нацисты достигли больших успехов в создании гипермозга. Дело в том, что в большинстве стран «академически» мыслящая профессура создает надежный барьер перед «дикими» изобретателями, извлекающими из глубин своего подсознания древние «супертехнологии». Любые «эзотерически» мыслящие ученые оказываются отщепенцами и затаптываются. Это хорошо понимали нацистские бонзы. Поэтому они решили «обнулить» ситуацию, разгромив «академистов». Эта «культурная революция», сопровождавшаяся сжиганием книг и увольнением неугодной профессуры, вызвала исход ученых (большей частью евреев) в Америку, где они вскоре создали атомную бомбу (совершенно законное достижение по уровню тогдашней науки). В Германии же стали искать «новые», или наоборот «древние» пути. Работа над супермозгом велась людоедскими способами в духе Освенцима и Треблинки. В итоге ряда экспериментов со вскрытием живого человеческого мозга немцам удалось сделать «станцию-коммуникатор», позволявшую соединять сознания десятков людей в один излучающий мозг. Эта машина давала круговую телепатическую наводку, способную модулировать сознание людей в радиусе нескольких километров. Достигнув этого рубежа, немецкие исследователи начали разрабатывать программу создания ретрансляционных промежуточных станций (клинок меча) и направленного узкого управляемого канала воздействия (рукоятка меча). Само оружие в планах немцев выглядело как сеть бункеров, связанных каналом для передачи телепатической энергии по направлению к противнику. Такой луч мог подчинять вражеских солдат, самолеты и корабли, удерживать в повиновении целые территории. После создания этого оружия ни более современные виды вооружения, как у США, ни высокий боевой дух, как у СССР не могли бы уже быть препятствием для нацистов. Ни о каких партизанах не могло бы быть и речи. Естественно, эзотерически мыслящий фюрер делал на это оружие главную ставку. Что толку вкладывать силы в атомную бомбу, если ваши же солдаты, подчиняясь воле противника, взорвут ее на своей же территории. В 41 году немецкие ученые перешли к созданию «рукоятки меча». В ноябре-декабре 41 года адепты «Германского ордена» поняли, что джинн может быть выпущен из бутылки. Они обратились за помощью в Совет Координаторов. Мне было приказано начать подготовку к секретной миссии.

6. К «чертовой матери» курьерским поездом (плагиат из В. Пикуля).
Я в то время посещал заседания своей ложи и зорко посматривал на Германию (в основном в прицел для бомбометания), так как сразу же принял участие в кампании в качестве командира тяжелого бомбардировщика. Когда мне «предложили» эту миссию, я как раз заканчивал один очень интересный эксперимент по некромантии, и мне оставалось немного улучшить лабораторную модель установки. К тому же, как и все летчики того времени, я не очень доверял парашютам. А с левитацией у меня было неважно еще со времен Трои, где я, понадеявшись на свои чудо-способности, едва не сверзнулся со стены на голову Ахиллу, который, к счастью, во мне усомнился, и успел поймать на руки.
Однако ясновидящие наши все наперед просчитали и предсказали мне вполне удачное приземление, с вероятностью в 75%. Потом оказалось, что в термин «вполне удачное» и оставшиеся 25%, входят растянутая нога и несколько ушибов. Пройдя краткий курс адаптационного воздействия (из меня вытаскивали немецкие воплощения), я приступил к выполнению миссии. Для начала мой самолет должны были сбить над Германией, в заранее условленном месте. У меня была явка (в местную комендатуру, к ее начальнику) и комплект одежды для летчика люфтваффе, с документами, выписанными на меня (подлинными) и комплектом наград, соответствующих легенде.
Согласно предсказаниям, снаряд точно вошел в мой самолет над заранее указанным квадратом. Экипаж выбросился с парашютом и был на земле встречен офицерами Абвера, которые без проволочек вывезли всех через Швейцарию (этот момент мне особенно дорого дался на предварительных переговорах с немцами, предлагавшими в начале «всех тихо нейтрализовать»). Я дотянул до указанного квадрата, переодевшись в горящем самолете, выбросился с парашютом и растянул ногу при приземлении. В том месте, как и было предсказано, как раз шел интенсивный воздушный бой, и самолеты падали с неба как горох. В общем, за немецкого асса истребителя я сошел. В комендатуру меня доставил патруль, а начальник комендатуры, осмотрев мое удостоверение, без лишних разговоров засунул меня в карцер. Освободившись от дел, он принес мне новую форму и новые документы, опять же подлинные. После чего проверил мое умение вести себя в качестве немецкого офицера и лично проследил за подгонкой снаряжения.
Лицо его было мне смутно знакомо, и я поинтересовался, не мог ли я видеть его при Фермопилах, но оказалось, что мы оба участвовали в неудачной компании на льду чудского озера. Потом мы попили кофе, обсуждая некоторые аспекты Магии воды и в том числе странные свойства Ундин, после чего я отбыл на его личной машине в город. Там в громадном здании тайной полиции, куда у меня заранее был заказан пропуск, я встретился с Магистром. Его я тоже смутно припоминал, но это было когда-то давно, еще в мавританской Испании. Мундир группенфюрера добавлял его профессорскому виду больше воинственности. Он поздравил меня с прибытием, рассказал о ведущихся работах и достигнутом уровне и подробно перечислил всех сотрудников данного проекта, давая каждому характеристику. В самом начале разговора он показал жестом на ухо, сообщив, что прослушивание ведется, и в течение остального разговора мы не произнесли вслух ни единого слова. Я, немного отвыкший от образного восприятия, чуть не покатился под стол, когда Магистр, характеризуя одного сотрудника, представил его в виде черного пуделя в белом халате, с рыцарским крестом на ошейнике и с берцовой костью в зубах. Получив инструкции, машину и шофера, я утром выехал на объект, проспав четыре часа в кабинете Магистра на обтянутом черной кожей мягком диване.

7. Гипермозг как протез для фюрера.
На объекте мне не пришлось долго расслабляться. Это был подземный лагерь, в котором сидели немногочисленные «подопытные», многочисленные «исследователи» и очень многочисленные охранники. «Исследователи» отличались от «подопытных» тем, что у них был хоть маленький, но шанс выжить, и еще качеством еды. Охранники имели больше шансов уцелеть, ели хуже исследователей и имели увольнительные наверх. Вся система имела многочисленные виды защиты и сигнализации, а в случае чего (так и случилось впоследствии), продувалась газом. Этот механизм все время находился в положении «включено», и дежурный офицер охраны раз в час отключал его специальной кнопкой. Если в какой-то момент «исследователи» захватят власть и телепатически заблокируют охрану, то «выключенный» дежурный не отключит «систему», и бункер автоматически продуется газом. Руководство, кстати, никогда не сомневалось в реальности такой «революции».
Я возглавил группу рукоятки, и некоторое время собирался посачковать, так как и без предварительных изысканий знал законы формирования телепатического луча и принципы управления его вектором. Однако, ознакомившись с материальной базой, понял, что некоторые компоненты придется изобретать заново, а кое-что делать из подручных материалов. Где-то наверху рыскали поисковые группы, пытаясь по всему свету достать заказанные нами компоненты, а мы, сидя под землей, пытались интерпретировать видения ясновидящих из Врила, пытавшихся сквозь время пробраться к тайнам атлантов.
Например, одна арийская фрау увидела, как нечто сияющее вставляют в голову нашему обожаемому Адольфу. Собравшийся консилиум руководителей отделов сидел с каменными лицами и взглядами, упертыми в пол. Всем было интересно, кто первый произнесет слово «протез». Наконец начальник охраны (мудрый тип с совершенно не арийским носом) предложил считать это указанием на необходимость личного участия вождя нации в процессе… Ну и т.д.
Где-то на рубеже 43 года проект был готов к испытанию, и я понимал, что оно должно быть первым и последним. Наши «гадатели на кофейной гуще» еще до отправки гарантировали мне гибель с вероятностью 100%, и я не особенно грустил о неиспользованном до конца сроке. Следующее воплощение я планировал отсидеться где-нибудь в Шамбале, причем лет 10 употребить именно на сон. Как я и думал, испытание планировали провести на восточном фронте. Мне и моей группе предстояло вылететь, куда-то на Украину. Там спешно сооружался объект «рукоятка», оборудование для которого мы должны были привезти с собой. Поговаривали, что фюрер сам посетит объект с инспекцией, но это никого не щекотало. Дальше восточного фронта все равно не пошлют, заявил мне начальник нашей охраны перед вылетом.
Летели мы на транспортном самолете, предварительно переодевшись в полевую форму. Нам было велено маскироваться под связистов и не заострять на себе внимание местных партизан. В Россию я не хотел. Каждый раз, когда злой рок заносил меня в эту холодную страну, ничего хорошего со мной не происходило. Последний раз я сидел там в плену, в Смоленске, куда попал раненый в деле под Бородиным, предварительно поблуждав с этапом пленных французов по ужасным русским дорогам. В Смоленске меня спаивал один русский барин, приговаривая при этом, что лучше бы меня, конечно, сразу зарубить «в капусту». Временами я с ним соглашался. В итоге я женился на русской барыне, и мы уехали во Францию, а потом еще были «сто дней» и Ватерлоо, где меня развоплотили уже окончательно. Теперь я снова вторгался в Россию, на этот раз в качестве штурмбанфюрера СС.

8. «Позорные волки» и «Волчье логово».
На новом месте мы обживались месяц. Всех запугали дикими русскими партизанами, шастающими по лесам и грешащими каннибализмом. Однако я сам ни с чем подобным не сталкивался, да и мои люди занимались в основном монтажом установки. Планы Фюрера были нам неизвестны, но по потоку сообщений и приказов, получаемых каждый день, я понимал, что что-то происходит, и времени остается совсем мало. Дела на восточном фронте шли таким путем, что многие офицеры задумывались о своей дальнейшей судьбе. После нескольких разговоров с высокопоставленными чинами СС я понял, что внутри черного ордена начаты подготовительные работы к переходу на нелегальное положение » в случае чего». Все знали о моем прямом участии в самом секретном проекте рейха и поэтому искали со мной беседы. Именно наша работа давала им шанс, который упускали «танковые генералы». От одного из чиновников, занимающегося эвакуацией «общечеловеческого достояния» из фронтовой зоны, я узнал о проекте хранилищ в горах Европы и Амазонских дебрях. Новые нибилунги спешили припрятать добро. Наконец установка была собрана и частично опробована в малом радиусе действия. Наступал самый критический момент моей миссии. Наконец, сверху поступили конкретные указания с координатами цели во времени и пространстве. Под нашу увертюру бронированные колонны третьего рейха должны были перейти в наступление под Курском.

9. Всадник на бледной лошади.
Я хорошо помнил, как погибла Атлантида. Как мы бежали, чтобы занять боевые капсулы в великой пирамиде, как всплыл из своего подземного озера потревоженный «малютка КА», и как закрывалась у меня над головой зеленоватая створка капсулы, затягиваясь, как заживающая рана. Потом была дуэль с орбитальными спутниками Йотунов, удар с Марса и погружение в бездну ужаса, из которой я выбрался уже в новом послепотопном мире.
На этот раз все было похоже, но не так монументально. Нам зачитали последнюю телефонограмму фюрера. Мы попрощались на всякий случай друг с другом и пошли в капсулы. Вместо «малютки КА» был плавающий в бульоне под стеклянным колпаком изуродованный проводами и трубками человеческий мозг, и крышка капсулы теперь ползла по направляющим, приводимая в движение электромоторами.
Я вошел в нарастающий поток, подождал, пока он не наберет достаточный уровень и заткнул своим сознанием основную магистраль. Сперва я увидел, как выгорают операторы на постах трансляции, как повернувший поток обрушивается на охрану и потерявшие разум эсэсовцы рвутся наверх под пулеметы, потом отраженная волна разметала генералов в черном, срывающихся со своих мраморных тронов и, наконец, маленького человечка, очень похожего на великого Чарли, выскакивающего из зала, обхватив ручонками свинцовую голову. Потом крышка моей капсулы стала отползать, и в образовавшуюся щель всунулся короткий ствол шмайсера, плюнувшего свинцом. Я увидел медленный полет пули в шлейфе пороховых газов и успел подумать, что все равно уже поздно, и мои ноздри уловили тошнотворный запах «циклона». А потом на мир упала тьма, и я вновь летел по длинному коридору к свободе и свету.
А потом я увидел светлое существо и узнал его, но это была уже совсем другая история….

10. Заключение.
В этой небольшой статье, продолжающей мои публикации по Магии, я попытался показать наш мир изнутри, с точки зрения Мага, а не какого-нибудь качка Конона, кичащегося отсутствием мозгов. Для того чтобы строить планы, нужно иметь в своем распоряжении сколько-нибудь приличный отрезок времени…
***